В то же время приходит ответ из Москвы, исполняющий обязанности главы Всесоюзного Центрального Исполнительного Комитета товарищ Ходжаев находится на своем рабочем месте в Кремле. Почему такой запрос не сделали чиновники узбекского представительства в Москве?
Арестованный молодой человек держится хладнокровно и спокойно. У него гораздо лучшее образование – почти 5 лет тифлисcкой тюрьмы. Он еще не осознает всей сложности возникшей ситуации. Требует связать его с товарищем Сталиным. Хавкин никак не реагирует на эти требования. Он доподлинно знает кто пред ним. Тургун Хасанов – уроженец города Коканда Ферганской области Узбекистана. В Тифлисе совершил подлог документов, за что судом Грузии приговорен к шести годам лишения свободы. Именно в тифлисской тюрьме он научился всем премудростям мошенничества, хотя тогда ещё только образованная Грузия не славилась своими «ворами в законе». Умению одеваться, беглому русскому языку, находчивости , вальяжности наш братан научился именно в этой тюрьме, ставшей его университетами.
На последующих допросах, которые проводили работники ГПУ вальяжнось и партийная спесь у Хасанова куда-то пропадает, потому что допросы в ГПУ велись с пристрастием. Разоблачение достигается быстро, путём физического воздействия. Он признается в мошенничестве, которое успешно провернул в Минске. А история получения временного удостоверения на имя Ходжаева приводит всех в ступор.
Хасанов рассказал, что после освобождения он поезжая через Крым, обратился в Крымский Центральный исполнительный комитет к председателю Ибрагимову. Сразу с порога представился Файзуллой Ходжаевым – государственным руководителем Узбекской республики. Уверенно утверждает, что они встречались с Ибрагимовым на московских приёмах. Пока крымский партийный чиновник вспоминает, где они встречались на приёмах, насчитывающих тысячи гостей, проворный кокандец уже рассказывает легенду о бандитском нападении на его автомашину, в результате чего нет ни денег, ни вещей, ни документов, ни машины.
Руководитель Крыма без промедления идет навстречу коллеге, попавшему в беду. Выписывает временный документ, удостоверяющий личность, дает сумму денег и предоставляет машину с водителем для выполнения ответственного задания руководства братской республики – необходимо подобрать место под строительство узбекского санатория в Крыму. То, что рядом с руководителем такого масштаба нет ни секретаря, ни референтов, ни охраны Ибрагимова как то не смутило, чем он и увековечил себя. Кстати потом эту идею Хасанова руководство Узбекистана развило и построило всё – таки санаторий в Крыму.
Новоявленный «председатель ЦИК Узбекской ССР» времени зря не теряет. Он объезжает с инспекционной проверкой многие здравницы, охотно принимает подарки, а заодно собирает средства на закупку стройматериалов. В Симферополе выступает на президиуме Крым ЦИКа, где рассказывает о важности укрепления дружеских связей между народами советских республик.
Ораторов ни тогда, ни сейчас не было и нет и распознать мошенника по его речи никто не мог. К тому времени уже сформировался партийный, новый язык, где были слова, штампованные фразы и обороты, целые предложения, знаки препинания, но не было того, ради чего язык существует – мысли . Этот новояз Хасанов освоил в тюрьме, где агитация шла среди заключённых на обыденном уровне и мог выступать с таким же набором оборотов речи среди простоватых партийных работников.
Кстати сказать этот язык тоже возник в Ташкенте. Создателем новояза стал редактор ташкентской газеты «Правда Востока» Филип Ксенофонтов. Он написал в 1924 года работу “Учение Ленина о революции и диктатуре пролетариата”, где дал развернутую критику теории революции Троцкого. Эта работа была просмотрена лично тов. Сталиным, как пишет Ксенофонтов, и активно одобрена им. Ксенофонтов имел за плечами два класса образования и Институт Красной профессуры. Поразительная трудоспособность и любовь к чтению помогли ему справляться с работой редактора «Правды Востока» и попасть в струю при критике троцкизма.
В письме к Сталину подобострастный Ксенофонтов называет себя учеником Сталина, на что получает письменную пощёчину от него: « Я против того, чтобы Вы называли себя «учеником Ленина и Сталина». У меня нет учеников. Называйте себя учеником Ленина, Вы имеете на это право, несмотря на критику Шацкина. Но у Вас нет оснований называть себя учеником ученика Ленина. Это неверно. Это лишне».
Сталину работа действительно понравилась своими простыми рубленными фразами, небольшим набором простых терминов, которые может заучить любой пропагандист. Он сделал Ксенофонтова своим советником, затем отправил на работу в родные края, на Волгу, где тот был арестован, и не выдержав пыток, покончил в камере жизнь самоубийством. Его жену, бывшую секретаршу «Правды Востока» Татьяну Немоловскую-Ксенофонтову после смерти мужа сослали в Самарканд, где она дожила почти до 90 лет.
Работу Ксенофонтова под названием «Вопросы ленинизма» Сталин выпустил уже под своим именем многомиллионными тиражами, Она стала классическим произведением советской философской мысли, что позволило закрепить язык Ксенофонтова как партийный язык. С того времени началось обвальное написание разного рода произведений для вышестоящих руководителей и в политике, и в науке и даже в искусстве.
Получив документ государственной значимости, не заплатив за него ни копейки денег, Хасанов отправляется в поездку по разным городам Советского Союза. Легенду об ограблении он пересказывает во многих городах Украины и Белоруссии и нигде не получает отказа, пока не попадает в поле зрения Хавкина. Примерно этот же марщрут потом описывают авторы «Золотого телёнка».
Ну и повезло же Старгороду, Васюкам, Чебоксарам, Москве, Тифлису, Арбатову и Черноморску, – в них побывал в разное время наш герой. Примерно такая же схема путешествия и у Хасанова, только названия некоторых городов изменены на эвфемизмы. Остап Бендер по воле авторов побывал ещё в Бухаре, Оренбурге и Ташкенте, но Хасанов эти города не видел, так как снова находился в период написания романа в заключении.
Гомель был заменён авторами белорусским Бобруйском. Вспомните сходку концессионеров- «При слове «Бобруйск» собрание болезненно застонало. Все соглашались ехать в Бобруйск хоть сейчас. Бобруйск считался прекрасным, высококультурным местом».
Что касается Хасанова, то его судьба оказалась самой счастливой. На первой странице газеты «Правда» был опубликован фельетон о похождениях Хасанова – «Знатный путешественник», авантюрная история огромным тиражом расходится по всему СССР и для многих символизирует особое явление – «новую хлестаковщину». Ирония судьбы: попав за решетку, новый Хлестаков- Хасанов стал не менее, а то и более знаменит, чем настоящий Ф. Ходжаев, которого мало кто знал, а ведь впереди у Хасанова было настоящее бессмертие – литературное.
Судьба остальных героев этого розыгрыша более печальна. Председатель ЦИК Белоруссии А. Г. Червяков в 1937 году покончил с собой накануне ареста. В 1938 расстреляли и Ф. Ходжаева, а начальник Гомельской милиции М. Хавкин с 1935 по 1937 год был первым секретарем обкома ВКП(б) Еврейской автономной области. В 1938 года был арестован за контрреволюционную троцкистскую деятельность и осужден на 15 лет лагерей. Тогда по пресловутому троцкистскому делу в СССР, в том числе и в Узбекистане были посажены и расстреляны десятки тысяч людей, в том числе погиб и упомянутый редактор Ксенофонтов.
Валентин Катаев был знаком с нашумевшим делом Тургуна Хасанова. После рассмешившего всю страну фельетона В. Катаев предложил своему брату и его другу И.Ильфу развернуть эту тему, напоминающую приключения гоголевского Хлестакова. Но он хотел использовать метод Дюма – старшего. Он рассказал общую идею романа о похождениях Хасанова и другого своего друга Осипа Шора, будущего жителя Ташкента обоим молодым писателям и предложил им стать его литературными рабами, обещав, когда они сделают костяк романа, а он его отредактирует, рассчитаться с ними по божески.
Все трое тогда работали в московской профсоюзной железнодорожной газете «Гудок», и все трое были одесситами, что не могло не сказаться на стилистике романа.
Получив от них согласие В.Катаев не вмешивался в литературный процесс, Но когда маститый писатель ознакомился с почти готовым произведением, совесть не позволила ему подписываться под ним, так как роман почти не нуждался в правках, к тому же «Золотой телёнок» по стилистике очень отличалось от его прежних произведений. Пошли на мировую, авторы с первого гонорара купили Катаеву в подарок золотой портсигар и посвятили роман ему. Обо всём этом Катаев написал в романе – воспоминании «Алмазный мой венец»(1978) .
В 1931 году сатирики Ильф и Петров заканчивают и издают роман о Великом комбинаторе Остапе Бендере «Золотой теленок». И если идею романа они конструируют с похождений Хасанова, превращённого в сына лейтенанта Шмидта, то внешний облик главного героя, манеру разговаривать, весь разговорный одесский фон авторы списывают с оперативного сотрудника Одесского уголовного розыска Осипа Шора, друга В. Катаева, которого друзья звали Остапом.
Осип Шор как личность формировался в эпоху раннего НЭПа, когда страна прошла только первый круг народоуничтожения. Кругом всё еще бурлило, но быт приобретал мирные черты. Эти годы стали золотым веком людей, живущих «не по правилам», — от авантюристов до налетчиков.
Всё что творилось в стране, было гигантской авантюрой. Это время людей с поддельным прошлым, с поддельным настоящим, время Хасанова и детей лейтенанта Шмидта. Даже в правительстве почти не имелось людей с настоящими фамилиями: Сталин, Троцкий, Бухарин, Зиновьев, Каменев, наконец Ленин, — все фамилии фальшивые! Выдать себя за другого — естественно. Наверняка в практике (и биографии) опера Шора вариаций на данную тему было множество
Сегодня можно с полной уверенностью сказать о том, что эпизод с появлением литературного героя «Золотого теленка» в кабинете начальника исполкома города Арбатова был взят из реального уголовного дела Хасанова. Фраза: «Здоров председатель» стала классический и употреблялась вне контекста романа читателями нескольких поколений. Ильф и Петров, знали все подробности не только гомельских, но и крымских похождений Хасанова, которые датируются 1925 годом и смело конструировали по ним романы..
Они ввели образ разоблачителя Хасанова – следователя Хавкина в свой сюжет. Помните, когда экипаж Козлевича появляется в Удоеве раньше других машин, только один наблюдательный человек засомневался и спросил, откуда такая машина, ведь должен был быть «Студебеккер». На что последовал ответ Остапа : “Идите к чёртовой матери со своим Студебеккером. Кто такой Студебеккер? Это ваш родственник Студебеккер? Папа ваш Студебеккер?…Остап ещё долго взмахивал руками и бормотал: — Знатоки! Убивать надо таких знатоков! Делал он это с той целью, чтобы навсегда избавиться от опасных расспросов».
Тут же авторы буквально описывают действия белорусских партийных лохов. Пока толпа внимала словам командора, его братва наполнила бак бензином, – « который как и говорил Остап, оказался высшей очистки, захватили в запас три больших бидона горючего, переменили камеры и протекторы на всех четырёх колёсах, захватив помпу и даже домкрат. Этим Остап совершенно опустошил как базисный, так и операционный склады удоевского отделения Автодора».
Не было правда денег, Но это командора не беспокоило. Деньги в сущности ещё не были нужны.” Они как и для Хасанова были приготовлены в каждом городе.
Остап Бендер был задуман как второстепенный персонаж, для которого была приготовлена фраза знакомого бильярдиста: «Ключи от квартиры, где деньги лежат». Но произошло чудо. Помимо воли авторов образ Остапа начал вылезать из приготовленных для него рамок, становясь настоящим героем романа. Сам Петров в воспоминаниях пишет, что к концу работы они с Ильфом относились к выдуманному персонажу как к живому человеку. В собирательном образе Остапа авторы сохранили многие черты реального человека, их общего одесского знакомого Осипа Вениаминовича Шора, будущего жителя Ташкента.. Почти двухметрового роста, красавец, Осип Шор вместе с Юрием Олешей входил в сборную города по футболу, а позже работал в уголовном розыске Одессы. Во время гражданской войны волею судьбы ему пришлось по сути без копейки денег проехать всю Россию из Петрограда в Одессу. По дороге он вынужден был против воли стать художником, некоторое время провести в Таганской тюрьме в Москве, провернуть аферу наподобие той, что Бендер осуществил в Васюках, ведь Осип ещё немножко играл в шахматы. Он часто рассказывал друзьям о своих похождениях , многое приукрашивая и благодаря этим рассказам были написаны прекрасные и смешные страницы романа.
Имя своему герою они не стали придумывать и назвали его Остапом в честь Осипа (Остапа) Шора. Фамилию дали Бендер, по звучному названию одной одесской фирмы, продающей унитазы – «Бендер и сыновья». Отчество тоже лежало на поверхности. Ведь крёстным отцом Хасанова был крымский глава, справивший ему документы председателя ЦИКа – Ибрагимов. Так и получилось, что наш земляк стал Остапом Ибрагимовичем Бендером. Ведь как звали папу Остапа? То-то! Демонстрируя лояльность патрону, Паниковский клянется, что уважает «Остапа Ибрагимовича».
А как мы помним в первом романе он Остап-Сулейман-Берта -Мария- Бендер -Бей.
Глядя на фотографию Остапа Шора , читая его жизнеописания видно, что много в Остапе Бендере от Остапа Шора: внешность, манера разговора, неистребимый одесский юмор, разносторонность неглубоких познаний. Но, самое главное — живость ума и человечность, которые особенно подчеркнул в образе своего героя несравненный Сергей Юрский в фильме «Золотой теленок»…
С. Юрский имеет и большую схожесть с молодым Осипом Шором. При выборе актёра на роль Остапа режиссёр ориентировался на первое издание книги, художником которой был К. Ротов, хорошо знавший Шора и совершенно явственно придавший его черты главному герою.
У Шора было множество гениальных идей, но он мечтал найти курицу, которая будет нести ему золотые яйца. И он встретил эту курицу в буквальном смысле. Осип нашел ее на дороге и что-то в ее внешнем виде было неприличное — она была без единого перышка.
Шор представил курицу на сельхозвыставке в Одессе, просто ради прикола. Но к тому времени он уже был окружён идиотами, Лысая курица стала знаменитостью. Одесские газеты разнесли весть об удивительном открытие отечественных селекционеров — мечте поваров и домохозяек — курице, которую не надо ощипывать! Осип на десяток лет опередил Лысенко, обещавшего коров, дающих вместо молока – сливки. На это сообщение тут же отреагировала мясная промышленность. Как здесь не вспомнить о публикующихся в последнее время в прессе «открытиях» учёными Узбекистана, достойных Нобелевской премии.
Крупнейшие заводчики прислали в Одессу своих агентов, которые были приглашены в местное научное общество, где седой профессор прочел им длинную лекцию о революции в области птицеводства. В роли профессора выступил конечно же переодетый и загримированный Шор.
Как сейчас называют ООО «Идеальная курица» заключила контракты с крупнейшими птицефабриками юга России. Однако в назначенный срок, курицы заказчикам не поступили. Заводчики забили тревогу, но профессора и фирму найти не удалось. Нашли только курицу, у которой на шее болталась записка: «Мы одесские селекционеры вывели еще курицу без головы и костей».
А вот еще несколько его «шуток».
30 мая 1918 года Осип Шор праздновал свое 18-тилетие, поздравлять его пришли весьма уважаемые люди — сахарозаводчик Кутякин, бандит Васька Косой и раввин местной синагоги Берштейн. Все они обращались к имениннику с большим почтением и благодарили его за гениальные идеи.
Купец Кутякин был обязан Осипу по гроб жизни за то, что тот помог избавиться ему от конкурента купца Розенбаума. Оба они делали портвейн и консервировали вино сахаром, и у обоих оно прокисало, не доехав и до Самары. Шор нашептал купцу Розенбауму тайный рецепт — если в вино добавить борной кислоты, то оно не превратиться в уксус, даже доехав до Хабаровска. В результате Розенбаум разорился — у вина оказался такой насыщенный букет, что его не стали пить даже горькие пьяницы.
Банда Васьки Косого давно присмотрела для грабежа банк, но там была огромная двухсоткилограммовая дверь с кодовыми замками, к которой было не подступиться. Только взглянув на здание банка, Осип понял, что дверь открывать не потребуется, нужно только переодеться трубочистами и попасть в банк через печные трубы. Стоит ли говорить, что Шор получил свой процент после осуществленного ограбления.
Но самую остроумною идею он предложил раввину. Берштейн хотел лучшей жизни для своих прихожан, и он по совету Осипа начал продавать места в раю. Для наглядности на стене синагоги был вывешена схема рая, представленная как дорогой пансионат. Внизу был прейскурант, где каждый мог выбрать себе местечко в раю по вкусу и по карману. На взносы желающих раввин отреставрировал синагогу и отремонтировал собственный дом.
А здесь он вообще опередил мусульманских мулл, которые обещают в договорах с террористами по 100 и более гурий в раю, взорвавшим себя среди неверных.
Но конечно особого внимания заслуживает его 10-ти месячное путешествие из Москвы в Одессу. Кругом царил хаос, вот и выкручивался безденежный Осип как мог. Описание этого путешествия почти целиком вошло в роман.
Чем он только не промышлял по пути домой! Не умея толком играть в шахматы, несостоявшийся студент представлялся гроссмейстером, не держав ни разу в руках кисти, он устроился художником на пароход, курсировавший с агитационными рейсами, наведывался в различные заведения в качестве пожарного инспектора… Домой Остап добирался около года.
Жизненного опыта, накопленного за год, хватило бы на целый роман. И роман состоялся, только написал его не Остап – он стал прототипом. Многие эпизоды Ильф и Петров почерпнули из историй, рассказанных О. Шором. Особое впечатление на Ильфа произвели истории о пожарном инспекторе и художнике-самозванце на пароходе. Пожарные инспекторы до сих пор используют метод О.Шора по выколачиванию денег и докапываются даже до бетонного столба на всём пространстве СНГ.
Кроме того, Осип женился на тучной женщине, послужившей прототипом мадам Грицацуевой. Причем сделал он это исключительно из меркантильных соображений — времена были голодные, а она держала лавку. Так и пережил зиму.
В 1934 году Шор оказывается в на Урале,на тракторном заводе, где его в 1937 году арестовывают, но он убегает от НКВД, что вообще невероятно, скрывается у друзей то в Москве, то в Ленинграде.
В конце концов из-за всех мучений у него развилась серьезная болезнь – рак кожи, который в те времена можно было вылечить только в Ташкенте. Он эвакуируется в Ташкент, где уже была в эвакуации его сестра и близкие друзья Ю.Олёша и В. Катаев. Все трое работали на «Узбекфильме», в который влились» Мосфильм» и Ленинградская киностудия, эвакуированные в Ташкент. В онкологической клинике ТашМИ Осипа вылечили от рака.
Этот переезд и раковая болезнь спасли О.Шора от нежелательных приключений на фронте, где его юмор не был бы воспринят адэкватно. Трудно представить Остапа Бендера на фронте с гранатой в руке, идущего на немецкий танк.
Семьёй он не обзавёлся, .Его сестра Эльза Раппопорт одна из жён одесского певца Лейзера Вайскопа, которого мы все знаем по его псевдониму Леонид Утёсов, работала на «Узбекфильме» художником по костюмам. Шор был частым гостем в их семье ещё в Одессе и потихоньку стал одеваться и выглядеть как Утёсов. В Ташкенте он был заметной фигурой.
Такие памятники уже установлены почти во всех городах, где по воле автора были и не были наши герои начиная с Испании и Рио-де-Жанейро ,Пятигорска и Мариуполя и кончая Санкт-Петербургом, Харьковым и Старобельсклм, к ним тянутся туристы.,а Ташкент имеет на это большее право,да и туризм стал развиваться здесь хорошими темпами. Можно было бы и поставить памятник Корейко около музея Бухары,с миллионами в чемодане в одной руке и выкупленной папкой со своим делом в другой, начатой 25 октября 1930 года ещё в Черноморске.
За такие же папки по «хлопковым делам» наследники Корейко с партийными билетами через 50 лет, в конце восьмидесятых в Бухаре уже сами предлагали миллионы следователям милиции и КГБ.
Мультимиллионер Корейко по литературной версии навсегда остался в Бухаре ждать капитализма, но так и не дождался, не поняв, что для того чтобы жить с его капиталами нормально , нужно было вступить в партию.
Можно было бы и поставить памятник обаятельному мошеннику Тургуну Хасанову в его родном Коканде, который и замутил всю эту историю.
Но лучшим памятником для авторов будет перевод на узбекский язык самого романа, ведь у нас так ценят юмор, особенно когда собираются на «Гап», а юмористы типа Хасанова и Бендера, так у нас каждый второй..
Автор
Тема: Остап Бендер в Ташкенте (1) (Прочитано 4236 раз)